На теледебатах между кандидатами в Президенты России Михаилом Прохоровым и Владимиром Жириновским случился скандал. Лидер ЛДПР оскорбил Аллу Пугачеву. Извиняться за него пришлось телеведущему канала «Россия» Владимиру Соловьеву и Михаилу Прохорову.

А началось все с вопроса Аллы Пугачевой Жириновскому:

— Владимир Вольфович, я думаю, вы со мной согласитесь, что президент страны — это лицо страны, пример для подражания подрастающему поколению и для массы граждан нашей Родины. У меня к вам такой вопрос. Вы когда хамите… Ну ладно мне, бог с вами, я к этому уже привыкла от вас… Вы чего хотите доказать? Когда врете нагло в эфире этой программы. Зачем? Когда вы ведете себя настолько неприлично даже для кандидата в президенты! Но пока что это позор только ваш. Не дай бог, если это будет позор нашей страны. Вы распускаете язык, распускаете руки, ведете себя разнузданно. Мой вопрос. Это что, часть имиджа, разрешенного вам сверху? Ведь ни один политик так себя не ведет! Это пробелы в вашем воспитании? Или, не дай бог, не приведи Господи, это что-то такое с неврозом связано? Если бы вы стали президентом, вы бы поменяли свое поведение?

— Всё?

— Всё.

— Отвечаю. Я веду себя так, как считаю нужным. Мне имиджмейкеры не нужны. Мне разрешение создавать партию, как Михаилу, никто не давал, я ее сам создал. Я сам первый пошел кандидатом в президенты еще в Советской России. Все разбежались!

— Значит, это природное?

— Молчите! Я с партией…

— Не хамите мне!

— Я сам знаю, что мне делать!

— Не хамите мне!

— Я отвечаю здесь! Тебе нужно молчать сидеть! Всё! Вопрос задали — я отвечаю так, как я считаю нужным.

— Я собственно хотела это услышать…

— Не нравится — убирайтесь отсюда вон!

— Не уберусь назло вам!

— Выведет охрана сейчас! Все молчать!

— Я веду себя как певица, а не как певичка. Не ори на меня, будущий президент!

— Я говорю не вам, Алла Борисовна!

— Я вам — не Алла Борисовна. Вы меня уже назвали певичкой. Я думала, что вы…

— Если про поведение говорить, то я пять раз не женился!

— Я думала, что вы — кружевник, политик, хитрый человек, а вы — просто клоун и псих!

— Так! Я сейчас отвечаю. Я — такой, какой я есть, в этом моя прелесть. Если Сталин прикинулся тихоней, потом страну залил кровью. Если Хрущев прикинулся тихоней, и мы сеяли везде кукурузу. Если Брежнев был великий, и вся страна — пьяная, коррупция. Горбачев — за демократию, Советский Союз рухнул. Ельцин полупьяный… Чего вам тогда нравился Ельцин, этот недоумок полупьяный? Что вы тогда за него агитировали все? Чего вы…

— Вы — позор нашей страны!

— Помолчите!

— Вы — позор!

— Помолчите! Вы артисты, как последние проститутки, ложитесь под любого руководителя за деньги!

— Ай-яй-яй…

— Вы все легли под Брежнева, под Горбачева, под Ельцина, под Путина. Завтра въеду в Кремль я, все будете лежать, а я буду в вас плевать и вытирать ноги. Позор — вам.

— Позор, позор!

— Позор всем, кто лег сегодня под любого. Смотрите: все четыре кандидата, все позвали артистов!

— Позор страны, позор!

— Все позвали артистов!

В перепалку Пугачевой и Жириновского вклинивается ведущий теледебатов Владмиир Соловьев:

— Алла Борисовна, по закону сейчас время Жириновского.

— Да она не понимает этого! — кричит лидер ЛДПР. — Она законов не читает. У нее закон один — менять мужей каждые пять минут. Вот у нее закон!

— Вы меня извините, — обращается к Жириновскому Соловьев. — Но то, что вы делаете, вы себя публично хороните.

— М-м-м? — замычал Владимир Вольфович.

— Вот то, что вы сейчас делаете, вы себя публично хороните.

— Я говорю еще раз. Вы — ведущий? Вопрос. Все молчат. Я отвечаю. А она не может понять.

— Я попросил Аллу Борисовну… Я волнуюсь за вас.

— Не надо за меня волноваться, не надо.

— Не за Аллу Борисовну. Алла Борисовна навсегда останется и есть в истории мировой музыки!

— Буду говорить то, что я считаю нужным.

— Это ваше право.

— И вы не имеете права вмешиваться.

— Ваше время.

— Если вашему каналу Прохоров заплатил, чтобы в этой передаче он получил больше голосов… Он давно все проплатил: и в Кремле, и народу…

— Никто ни разу в моей передаче не бывал чаще вас, не заплатившего ни копейки.

— Тогда помолчите. Я говорю.

— Прошу.

— Страна в условиях гражданской войны, а вы ходите в хорошем костюмчике? А кто похоронил 15 миллионов? Там тоже будем стоять в хороших костюмчиках? А миллионы потеряли Родину — что мы им скажем? А русский народ оплеван — ему что скажем? А русский язык запрещают везде! Русских летчиков арестовывают везде! Дети выбрасываются из окон! Тоже будем тихо спокойно говорить: «Ребята, всё хорошо!»? Ну, дети не хотят жить, ну, полно пьяниц, кругом — наркоманы… Ну, что делать? А пойдем на концерт! Прохоров заплатит, Алла споет, и нам хорошо. Вам втроем — хорошо. А я хочу, чтоб было хорошо главному — народу нашей страны. Бедному русскому народу. А на вас мне наплевать. Всё!
После таких слов Михаил Прохоров принес извинения Алле Пугачевой:

— Я хочу от всех мужчин и от всех кандидатов в президенты извиниться перед Аллой Борисовной, что ей пришлось выслушать такие оскорбления. Это недостойно не только кандидата в президенты. Это недостойно мужчины, мужика. Поэтому, Владимир Вольфович, мне за вас стыдно.

— Не надо, не надо! — ответил Жириновский. — Вам за себя должно быть стыдно в Куршевеле, когда вас с проститутками арестовала французская полиция. Меня никто нигде не арестовывал. И никакой Алле Пугачевой я под юбку не заглядывал, поэтому можете за меня ни перед кем не извиняться.

— Зато в бане, в бане с мужиками! — крикнула Примадонна.

— Подлых людей! Вас, так сказать, из артистического мира… Вы же не вылезаете из постели все!

— А вы в бане с молодыми мальчиками сидите! — прокричала Пугачева.

Но Жириновский не услышал ее и нес свое:

— За фанеру берете деньги! Голос звучит, а она стоит и 300 тысяч долларов! 300 тысяч!

Taini-zvezd.ru