Страшный и отчаянный поступок журналистки из Нижнего Новгорода Ирины Славиной со всей наглядностью ставит перед российским обществом глубинные вопросы существования. Не только о политической системе государства, с которой была не согласна погибшая, но и о самом смысле жизни в стране. 

2 октября у здания Нижегородского ГУВД журналистка Ирина Мурахтаева, писавшая под псевдонимом Славина, умерла страшной смертью. Единственный пытавшийся ее спасти, почему-то даже не вызвал скорую. На протяжении пяти лет она возглавляла небольшую, но известную в регионе редакцию издания KozaPress. «В моей смерти прошу винить Российскую Федерацию», — написала в своём блоге за несколько часов до трагедии Славина. Ей было 47 лет, у неё остались муж и дети. Но даже это не остановило ее от страшного шага. Не вынесла давления и бесконечного унижения? 

Славина на протяжении долгого времени подверглась давлению со стороны правоохранителей. Вот и накануне смерти к ней пришли с обыском в рамках очередного сомнительного дела об осуществлении деятельности нежелательной организации, возбужденного против одного из жителей города. Славина проходила как свидетель, не обвиняемая, но всё равно пришлось испытать унижение. Мало приятного, когда вламываются в дом, перетряхивают все вещи, а потом забирают смартфон и ноутбук, на которых обычно много личной информации. И после этого уверенно заявляют, что это не имело отношения к ее уходу из жизни. 

Сейчас журналистку пытаются выставить невменяемой, приписать участие в какой-то секте. Таким образом свести трагедию на нет. Но знавшие её говорят, что это совершенно не соответствует действительности. Она имела обычную семью, квартиру, машину, высшее образование, много поклонников и друзей, известность, её статьи читали во всех чиновничьих кабинетах Нижегородской области. У неё был острый язык, но в то же время хорошее чувство юмора. 

При этом она была не из пугливых. Сложно даже сказать, что её довели последним обыском. Многочисленные предыдущие рейды силовиков, различные административные дела и прочее давление она воспринимала с иронией. Спокойно восприняла и обыск 1 октября. «Теперь понимаю, что всё было не зря. Всем огромное спасибо за ту поддержку, которую вы оказываете мне», — написала она в блоге вечером того же дня. 

Можно предположить, что план публичного ухода из жизни возник у Славиной давно. Ещё 19 июня прошлого года она написала: «Интересно, если я устрою акт [суицида] возле проходной УФСБ (или прокуратуры города, я пока не знаю), это хоть сколько-нибудь приблизит наше государство к светлому будущему, или моя жертва будет бессмысленна? Думаю, лучше умереть так, чем как моя бабушка от рака в 52 года». 

Есть мнение, что случившееся было точно спланировано. Была задача попасть в вечерние пятничный ленты. Профессионал своего дела, Славина знала тонкости информационного освящения событий. 

Конечно, такой способ донесения своих взглядов до общества нельзя считать хорошим. Тем более так вряд ли можно повлиять на окружающую действительность. Да и у Славиной тем более был мощный инструмент для этого в виде слова. 

Но что делать, если практически все инструменты перестали работать? Чиновникам плевать на репутацию, издания с альтернативной точкой зрения фактически загнаны в гетто немногочисленных читателей и сторонников, свободных выборов практически не осталось. На центральных каналах и печатных СМИ — вакханалия беспросветной лжи о бесконечных успехах власти. 

Надо понимать, что поступок Славиной — это не просто крик отчаяния. Это не просто публичная акция. И уж тем более не выходка сумасшедшей. Это вопрос ко всем: Ради чего мы живём? 

Как говорил герой «Как закалялась сталь» Павка Корчагин, — жизнь это самое ценное и нельзя её потратить ни на что, кроме как на великие дела. Проблема нынешней реальности в том, что людям навязывается самое низменное, невежественное, скотское существование. Людей постоянно приучают трястись за свои цепи, а не мечтать о великих делах. Они стали никому не нужны. 

Нищенские зарплаты, назначение бездарей на высокие должности, отсутствие социальных лифтов, чувство бесправия и постоянное ожидание подвоха. Безвкусная еда из пустых калорий, низкокачественная одежда, примитивные телепередачи. И всё это в атмосфере хамства и пошлости. 

Но одновременно людям внушают постоянный страх смерти. Мол, не будет пособия, помрёте с голоду, в блокадном Ленинграде и не так жили. А вы хорошо не жили, так и не начинайте. Да и вообще, вы все средний класс, с сортиром на улице и последней парой обуви. 

И вот люди действительно начинают задумываться над тем, что как бы не умереть. Как бы выжить хоть как-то. Чтобы и дальше тянуть лямку, пытаясь закопать все надежды под завалами примитивного быта. 

Но всем ли нужна такая жизнь? Сколько её надо такой жизни? 60, 70, 80 лет? Вот так жить и мыкаться в норе, как премудрый пескарь? А если хочется жить по-настоящему, как это и полагается гордому существу по имени человек? 

Поступок журналистки Славиной ужасен и неправилен. Но, может, не увидела она другого выбора? Сколько у нас преследуется честных журналистов, только за то, что они раскрыли правду? А она сказала свое слово — самое страшное, из всего, что можно было придумать…

svpressa.ru